Мягкая научная фантастика
Мягкая научная фантастика (soft sci-fi) — это категория научной фантастики с двумя различными определениями, в отличие от твердой научной фантастики. Она исследует «мягкие» науки (например, психологию, политологию, социологию), в отличие от «жестких» наук (например, физику, астрономию, биологию). Она также может относиться к научной фантастике, которая ставит человеческие эмоции выше научной точности или правдоподобности.
Мягкая научная фантастика обоих типов часто больше сосредоточена на отображении человеческих обществ и взаимоотношений между персонажами, чем на реалистичном отображении науки или техники. Этот термин впервые появился в конце 1970-х годов и приписывается австралийскому литературоведу Питеру Николлсу.
Определение
В «Энциклопедии научной фантастики» Питер Николлс пишет, что мягкая научная фантастика — это «не очень точный термин в научной фантастике», и что контраст между «твердой» и «мягкой» «иногда нелогичен». На самом деле, границы между «твердой» и «мягкой» не являются ни определенными, ни общепринятыми, поэтому нет единого стандарта научной «жесткости» или «мягкости». Некоторые читатели могут считать любое отклонение от возможного или вероятного (например, сверхсветовые путешествия или паранормальные способности) признаком «мягкости». Другие могут рассматривать акцент на персонажах или социальных последствиях технологических изменений (какими бы возможными или вероятными они ни были) как отход от научно-технических вопросов, которые, по их мнению, должны быть в центре внимания «твердой» научной фантастики. Учитывая отсутствие объективных и четко определенных стандартов, «мягкая научная фантастика» обозначает не жанр или поджанр научной фантастики, а тенденцию или качество — один полюс оси, на другом полюсе которой находится «твердая научная фантастика».
В «Новых смелых словах» (подзаголовок «Оксфордского словаря научной фантастики»), «мягкой» научной фантастике даются два определения. Первое определение — это художественная литература, которая в первую очередь сосредоточена на достижениях или экстраполяциях мягких наук; то есть социальных наук, а не естественных. Второе определение — это научная фантастика, в которой наука не играет важной роли в сюжете.
История
Пол Андерсон в книге «Идеи для писателей-фантастов» (сентябрь 1998 г.) описал Герберта Уэллса как образец для мягкой научной фантастики: «Он сосредоточился на персонажах, их эмоциях и взаимодействиях», а не на науке или технологиях, лежащих в основе, например, невидимых людей или машин времени. Джеффри Уоллманн предполагает, что мягкая научная фантастика выросла из готической литературы Эдгара Аллана По и Мэри Шелли.
Кэрол Макгирк в книге «Fiction 2000» (1992) утверждает, что «мягкая школа» научной фантастики доминировала в жанре в 1950-х годах, с началом холодной войны и притоком новых читателей в жанр научной фантастики. Ранними представителями мягкой научной фантастики были Альфред Бестер, Фриц Лейбер, Рэй Брэдбери и Джеймс Блиш, которые первыми совершили «радикальный» разрыв с традицией жесткой научной фантастики и «явно обратили экстраполяцию внутрь», подчеркивая персонажей и их характеры. Приводя конкретные примеры этого периода, Макгирк описывает роман Урсулы К. Ле Гуин 1969 года «Левая рука тьмы» как «классику мягкой научной фантастики». Движение «Новая волна» в научной фантастике развилось из мягкой научной фантастики в 1960-х и 70-х годах. Жестокий конте был стандартной повествовательной формой мягкой научной фантастики к 1980-м годам. В 1980-х годах киберпанк развился из мягкой научной фантастики.
Макгирк выделяет два поджанра мягкой научной фантастики: «гуманистическая научная фантастика» (в которой люди, а не технологии, являются причиной прогресса или из которой можно экстраполировать изменения в сеттинге; часто включает размышления о человеческой природе) и «нуарная научная фантастика» (сосредоточенная на негативных аспектах человеческой природы; часто в антиутопическом сеттинге).
Книги жанра
Роман Джорджа Оруэлла «1984» можно отнести к жанру «мягкой» научной фантастики, поскольку он в первую очередь посвящен тому, как общество и межличностные отношения изменяются политической силой, безжалостно использующей технологии; хотя он и является источником многих идей и мотивов, часто исследуемых в последующей научной фантастике (даже в «твердой» научной фантастике), таких как контроль над разумом и слежка. И все же его стиль бескомпромиссно реалистичен, и, несмотря на действие в тогдашнем будущем, по тематике и подходу он больше напоминает шпионский роман или политический триллер.
Пьеса Карела Чапека 1920 года «RUR», в которой впервые появился термин «робот» (почти вытеснивший более ранние термины, такие как «автомат») и которая отличается определяющей для жанра кульминацией, в которой искусственные рабочие объединяются, чтобы свергнуть человеческое общество, затрагивает такие вопросы, как свобода воли, постдефицитная экономика, восстание роботов и постапокалиптическая культура. Пьеса, имеющая подзаголовок «Фантастическая мелодрама», предлагает лишь общее описание процесса создания живых рабочих из искусственных тканей и поэтому может быть сравнена с социальной комедией или литературной фантазией.
Джордж С. Элрик в своей книге «Справочник по научной фантастике для читателей и писателей» (1978) привел сборник рассказов Брайана Олдисса 1959 года «Навес времени» (используя американское название «Галактики, как песчинки») в качестве примера мягкой научной фантастики, основанной на мягких науках.
Серия романов Фрэнка Герберта «Дюна» — знаковое произведение в жанре мягкой научной фантастики. В ней он намеренно уделил мало времени деталям футуристических технологий, чтобы посвятить повествование главным образом политическим вопросам человечества, а не будущему технологий.
Лингвистическая относительность (также известная как гипотеза Сапира-Уорфа), теория о влиянии языка на мышление и восприятие, является предметом исследования в некоторых произведениях мягкой научной фантастики, таких как «Языки Пао» Джека Вэнса (1958) и «Вавилон-17» Сэмюэля Р. Делани (1966). В этих произведениях искусственные языки используются для контроля и изменения людей и целых обществ. Лингвистика в научной фантастике также является предметом разнообразных произведений, от романа Урсулы К. Ле Гуин «Обездоленные» (1974) до эпизода «Дармок» сериала «Звездный путь: Следующее поколение» (1991), романа Нила Стивенсона «Лавина» (1992), книг К. Д. Черри «Иностранец» (1994–) и фильма «Прибытие» (2016).